/ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Из всего вышесказанного можно сделать важ­ный вывод.

Издавна преобладавший в работе с цветом ме­тод свободной импровизации с его импульсив­ностью, так же как и голая рассудочность, по­рознь не отвечают уровню современных задач со­здания интерьера. Теперь необходим продуман­ный подход, в котором цветовое чувство и цвето­вое мышление будут нераздельны как составные части единого целого.

В отличие от других видов полихромии, архи­тектурная полихромия — это многоцветность ин­терьера, организованная по законам архитектур­ной композиции, в органической связи с архи­тектурной формой и немыслимая вне этой связи. Ее возможности в решении практических и худо­жественных вопросов з интерьере намного шире, чем иногда еще бытующее узкое представление о ней. И хотя эти возможности еще не в полной мере познаны, даже овладение сущностью того, что уже достаточно известно, позволило бы эф­фективно и с чувством меры использовать цвет в интерьере в согласии с возрастающими совре­менными требованиями.

Для этого прежде всего необходимо покончить с упрощенным отношением к цвету. Бесспорно, наиболее доступная пониманию эстетическая роль

полихромии и самая распространенная область ее применения — это выявление достоинств или маскировка недостатков архитектурной формы. Однако этим она далеко не исчерпывается.

Чрезвычайно ценные, но редко реализуемые ее возможности состоят в том, что полихромия мо­жет активизировать либо полностью формировать зрительное восприятие интерьера, его идейно-ху­дожественный образ. Она способна выражать тончайшие оттенки чувств и настроения, будить воображение, гармонизировать цветопредметную среду, делать наглядным взаимодействие статиче­ских сил в материальной оболочке внутреннего пространства и многое другое.

Для решения задач архитектурной полихромии на таком уровне и с обязательным учетом много­сторонней обусловленности цвета нужно упорно овладевать архитектурным мастерством, воспиты­вать чувство гражданственности, обогащать интел­лект и развивать эмоциональность восприятия. Без всего этого вряд ли можно достичь результа­та, который называют словом синтез. Да и сила воздействия такого результата, а отсюда и его социальная значимость, зависят от того, в какой мере личный идейно-эстетический идеал мастера, воплощенный в его работе, близок к идеалу обще­ственному.