.III.5.2. Специфические свойства материалов и цвет

Цвет таких матовых, шероховатых, крупнозер­нистых с четко различимой фактурой поверхно­стей, как кирпич, штукатурка, клеевая окраска, сукно, воспринимается плотным, материальным, определенно расположенным в пространстве по отношению к зрителю, то есть до него можно зри­тельно определить расстояние. Он способствует вы­явлению рельефа поверхности, плоскостного или криволинейного характера формы и природы ма­териала, всегда воспринимается как цвет опреде­ленного предмета.

Эти особенности выступают более выразитель­но, если с подобной фактурой сочетаются теплые мало и средненасыщенные цвета красный, ко­ричневый, оранжевый, желтый и пр. Такие цвета называют поверхностными. Они присущи боль­шинству объектов в интерьере.

Холодные оттенки — зеленые, голубые, синие — на гладких поверхностях с мелкозернистой
трудно различимой глянцевой фактурой, а так же цвет белых поверхностей, окрашенных цветным
светом, выглядят менее материальными, воздушными, плоскими, фронтально расположенными в пространстве на неопределенном расстоянии от зрителя. Эти цвета называют независимыми. Они
маскируют природу материала и рельеф поверх­ности, нежелательны для окраски кривых поверх­ностей и при рассеянном свете, когда эта кривизна должна быть отчетливо видна (например,
круглые колонны).

Независимым цветом обладают некоторые по­роды мраморов, пропускающие свет на глубину до 5 см и создающие тем самым эффект свечения. Каррарский мрамор просвечивается на глубину до 3 см, некоторые породы уральского мрамора — на 1—2 см. Отдельные образцы недавно открытой породы украинского мрамора возле села Негребивка Житомирской области просвечиваются до 4—5 см. С помощью фактуры можно изменить иллюзорное положение цветных поверхностей, обусловленное их пространственными свойствами. Однако цвет зависит не только от фактуры поверх­ности, но и от строения вещества. Эта зависи­мость особенно выражена в металлах.

В силу жизненного опыта одни сочетания ма­териалов и цвета воспринимаются человеком как привычные, другие — как противоестественные, вызывающие отрицательную психологическую реакцию. Трудно себе представить лед красным, хлеб синим или чугун розовым. Естественность или противоестественность сочетания цвета и ма­териала — не только логическое умозаключение, но едва ли не главный критерий эстетической оценки.

Естественность, «правда» материала не проти­воречат «удивительному». Самые фантастические сочетания цвета, структуры, рисунка, фактуры, встречающиеся в природе, в минералах, на повер­ку полностью отвечают подлинной сущности есте­ственно окрашенных материалов.

Мы всегда радостно удивляемся, но не проти­воестественности сочетания цвета и материала (хотя и это возможно), а неожиданному впечатле­нию от находки.

Отношение к материалу, выявление или маски­ровка его природы, и в том числе цвета, нераз­рывно связано с тектоникой.

Тектоника предполагает правдивое отражение в художественной форме не только характера рав­новесия действующих в конструкции сил, но в равной степени и специфических свойств кон­структивного материала, в частности цвета. В конструктивно-отделочном материале тектони­ческая роль цвета особенно важна.

Современная трактовка материала направлена на выявление и возможно большее усиление его эстетических ценностей, скрытой в нем природной красоты.

Решая интерьер, архитектор должен стре­миться:

сохранить, а не исказить подлинный цвет и структуру конструктивно-отделочного материала, везде, где это возможно, использовать цвето­вую «правду» материала в художественных це­лях;

учитывая влияние фактуры поверхности (П. 1.4.) на восприятие цветовой структуры, применять методы обработки и формирования, оптимальные для данного материала, наиболее активно выявля­ющие его специфические особенности (цвет и структуру);

при необходимости замены подлинного цвета конструктивного материала цветом привнесенным правильно оценивать возможности последнего в выявлении структуры п фактуры материала.

Особо тектонически достоверен подлинный, а не привнесенный цвет конструктивно-отделочного материала. Монолитный железобетон с его особы­ми формообразующими свойствами, использовав­шийся всегда как конструктивный материал, сравнительно недавно привлек к себе внимание как конструктивно-отделочный материал.

Архитектурное освоение декоративных свойств бетона характеризовалось острой борьбой различ­ных противоборствующих направлений. Он исполь­зовался и нередко сейчас используется для воспро­изведения чуждых ему эклектических форм, под­вергается обработке, имитирующей традиционные материалы, окрашивается в несвойственные ему цвета.

В интерьере конференц-зала здания ЮНЕСКО в Париже было убедительно доказано, что железо­бетон с отпечатанным на его поверхности рисун­ком опалубки из неостроганных досок успешно выполняет не только рабочую, но и эстетическую функцию. Этот благородный по цвету материал, воспроизводящий красивый рисунок текстуры де­рева, не требовал в данном случае иных украше­ний.

Вообще же его натуральный серо-зеленоватый цветовой тон — отличный фон для вспомогатель­ных и акцентных цветов, раскрывающий особен­ности современного понимания роли цвета, от­ражающий тектонические качества и характер­ные свойства материала.

Особые пластические свойства монолитного же
лезобетона проявляются в его способности прини­мать любую объемно-пространственную форму и фактуру поверхности в виде только—ему прису­щих тонкостенных плавно изогнутых н очень бо­гатых, подчас непривычных архитектурно-скульп­турных форм, но при этом также сохранять его подлинный цвет.

Цветовая тональность материалов, особенно природных, почти исключает дисгармонию. Правда, природные материалы по разным причинам используются главным образом как отделочные, и их цвет, не адекватный цвету работающего кон­структивного материала, играет иную роль — вы­являет ритмику конструкций, членение простран­ства и т. п.

В особо декоративных породах камня — мра­морах, гранитах, лабрадоритах, габбро — только зеркальная полировка полностью выявляет их природную структуру и цвет (рис. 60). Особая декоративность и красота колорита армянских туфов проявляется при матовой фактуре поверх­ности.

Красота и причудливость рисунков и колорита таких ценных пород дерева, как орех, карельская береза, чинара, карагач, красное дерево, ильм и другие, обнаруживаются в различных срезах толь­ко под прозрачным покрытием, не искажающим природного цвета материала. Различные подкрас­ки — байцы — только усиливают природные каче­ства древесины (рис. 61). Иногда различной об­работкой специально выявляют узорчатость строе­ния древесины на плоскости досок. Так, текстура сосны становится намного отчетливей при обра­ботке поверхности дерева паяльной лампой, дей­ствующей в первую очередь на смолистые про-- слойки. Природный цвет, приобретает при этом золотистый оттенок.

Видов отделочных работ существует очень мно­го, но интересны не они сами по себе, а резуль­тат, с их помощью достигаемый.

В прошлом в умелых руках талантливых на­родных мастеров внешне ничем не приметный камень, скрюченное корневище или березовый «кап» превращались в необычайно богатую по рисунку, фактуре и цвету поверхность. Умельцы хорошо знали средства и способы обработки того или иного материала, способствующие предельному выражению скрытой в нем красоты.

Однако зависимость между цветом и фактурой имеет двоякий характер.

Фактура в природных материалах выявляет их природный цвет и влияет на его восприятие. Но и степень фактурности зависит от цвета, от его цветового тона, от насыщенности и в известной мере от светлоты.

Точечная, «под бучарду», фактура камня серо-голубоватых холодных оттенков менее заметна, чем та же фактура красных или золотистых теп­лых оттенков. Это нужно учитывать при окраске красящими    составами,    например   при- окраске фактурной штукатурки.

Теплые — красные, оранжевые, желтые, мало-насыщепные светлые и особенно белые, поверх­ностные, выступающие цвета активно выявляют фактурностъ поверхности. Цвета зелено-голубые, холодные, насыщенные, отступающие, независи­мые, напротив, маскируют природу материала [6, с. 59].

Однако, настаивая на сохранении подлинного цвета конструктивных отделочных материалов, нельзя этот вопрос упрощать.

В строительстве применяется очень много, мо­жет быть, больше всего, конструктивных материа­лов и изделий, поверхность которых по эксплуата­ционным и эстетическим соображениям требует отделок и облицовок. При острой нехватке древе­сины ценных пород промышленность достигла больших успехов в производстве заменителей, идеально имитирующих любую ее текстуру, лю­бой цвет при любых срезах. Это, разумеется, от­крыло широкие возможности для гибкого приме­нения искусственного материала в современном интерьере.

Проблема «правды» материала имеет много аспектов, связанных с цветом. В практике часто возникает необходимость офактуривания конструкций и изделий, отделки поверхности незави­симого от специфических свойств конструктивного материала, создания .различных имитаций, цвето­вого освоения специфических особенностей новых полимерных материалов а т. д.

Нам хорошо известно, как бывает оскорблено чувство «правды материала» при «обновлении» старой бронзы масляной краской, отделке чугун­ных капителей золотой масляной бронзой, окрас­ке степы из высококачественного облицовочного лекального кирпича в неприемлемый, для нее цвет, скажем в голубой, или кладки из серого гра­нитного бута — в розовый, окраске больших про­филированных деревянных кронштейнов и свеса крыши в синий цвет, однотонной окраске по сплошной шпатлевке деревянной облицовки стен и потолка из древесины ценных пород, альфрейной отделке «под дуб» или «под шелк», окраске ду­бового паркета малиново-красной или ядовито-лимонной мастикой, при настилке пола из нового рулонного полимерного материала в виде двуцвет­ной композиции, имитирующей внешний вид мра­мора, но не его твердость и т. п.

Такие факторы есть проявление невежества. Даже крайняя необходимость, которой обычно объясняют использование подобных приемов, не может служить их оправданием.

Цвет не должен противоречить свойствам ма­териала. Именно такое взаимодействие цвета и ма­териала органично для современных эстетических представлений.

Это, разумеется, не означает, что такими пред
ставлениями исчерпывается все многообразие яв­лений жизни и искусства. В жизни очень часто встречаются противоречивые сочетания, не вызы­вающие, тем не менее, особого протеста, Это пу­шистый шерстяной ковер холодного голубого цве­та, синяя деревянная облицовка стены с четко выраженной текстурой древесины, тяжелая и не­приступная крепостная стена из белого камня, сообщающего ей легкость, цоколь здания из чер­но-синего полированного лабрадорита, зеркально отражающий все, что находится вблизи него, ко­торый, согласно законам цветов бдения, должен выглядеть намного легче, чем опирающаяся на него кладка из крупных гранитных блоков «под шубу». В последнем случае, как это не парадок­сально, мы не наблюдаем нарушения тектоники. Несущий цоколь не кажется легче несомой клад­ки. Во всех подобных ситуациях в восприятии че­ловека происходит как бы психологическая кор­рекции подобных несоответствий. Тем не менее логичнее не создавать подобных диссонансов и не давать поводов для непроизводительных затрат нервной энергии.